Предупреждения: возможно ООС персонажей и инцест в легкой форме.
От автора: Много выдуманного про клан Хьюга и его представителей. Данный фанфик никак не учитывает последние события манги.
Дисклеймер: все персонажи из «Наруто», которые принадлежат Масаси Кисимото

 

Глава 3. Сомнения

 

Утро. Солнце освещает своими лучами пустынный пляж. Игривый ветерок время от времени нарушает зеркальную гладь воды. Но он слишком слаб, чтобы заставить ее изменить свою неподвижность. Кажется, будто все звуки исчезли. Звенящая, давящая тишина. Море молчит, словно боясь побеспокоить спящую на берегу девушку. Ее глаза закрыты, на лице застыла счастливая улыбка. Считанные секунды остаются до ее пробуждения. Она еще не знает, что принесет ей новый день, не знает, как в скором времени изменится ее жизнь.
Тен-Тен приоткрыла глаза. Всё еще не осознавая, где она, девушка сладко потянулась. И лишь когда согревающая ее рубаха начала съезжать, оголяя грудь, события прошлой ночи вернули ее к реальности. Куноичи резко села, отчего перед глазами появились белые круги.
— Ушел, — прошептала она, обведя взглядом пляж.
«Ушел» – слово, от которого бросает в дрожь, а глаза наполняются слезами. Осознание произошедшего наполнило сердце девушки отчаянием.
«Что я наделала? Как допустила? — погрузившись в свои мысли, она неосознанно сжимала край рубахи Неджи. — Почему? Почему позволила?»
В горле стоял ком, губы дрожали. Наспех одевшись, девушка хотела было вернуться к команде, но в итоге пошла в противоположном направлении. Ее ноги утопали в песке, который уже начал вбирать в себя тепло солнца. Тен-Тен любила солнце: в детстве она могла часами наслаждаться лаской его лучей. Но сейчас даже они не могли согреть ее. Ведь холод шел изнутри, из самого сердца.
Помнится, когда-то она фантазировала, что однажды будет принадлежать ему, принадлежать Неджи. Но никогда в своих мечтах она не просыпалась наутро одна. Одна… Опять одна. Он оставил ее одну. Ушел, дав тем самым понять, что считает случившееся ошибкой.
Ошибка. Тен-Тен коснулась своих губ кончиками пальцев, вспоминая его поцелуи. Ошибка? То безграничное ощущение счастья, когда рядом с тобой любимый человек, – ошибка? Эта ночь ничего не значит для него? Может ли быть, что он ничего не чувствует по отношению к ней? Неужели Неджи всё равно – прикасается он к ней или к любой другой женщине?
Девушка застонала. Его образ преследовал ее, не отпуская, заставляя снова и снова переживать эту ночь. Тен-Тен помнила его руки, ласкающие ее тело, его горячие губы, запах его волос.
«Что будет дальше? — этот вопрос никак не выходил у нее из головы. — Как мне теперь смотреть ему в глаза?»
Девушка сама не заметила, как оказалась у края обрыва. Уединенная бухта осталась далеко позади. Тен-Тен смотрела вниз на море. И когда успел подняться такой сильный ветер? Здесь, на высоком берегу, тишина и покой пляжа казались чем-то нереальным и далеким. Волны с диким ревом налетали на рифы, образуя белоснежную пену.
«Ты приняла бы меня, верно?» — обратилась она к стихии.
И, словно отвечая, огромная волна налетела на берег с такой ужасающей силой, что частички ее, долетев до самого верха скалы, обрызгали девушку.
Шатенка не шевелилась. Ее взгляд пронзал пространство, пытаясь отыскать ответы. Найти решение. Время шло. Казалось, она будет стоять здесь вечно, превратится в каменное изваяние. Резкие порывы ветра теребили одежду и путали волосы. Но она была благодарна ветру, потому что он высушил ее слезы.
«Бессмысленно плакать, бессмысленно стоять здесь. Верно, Неджи?» — девушка грустно улыбнулась.
Тен-Тен сделала шаг вперед и, сняв с себя оставленную Неджи рубашку, бросила ее вниз. Белая ткань, подхваченная ветром, плавно опускалась в воду.
— Я принимаю судьбу!

Неджи Хьюга был уже на полпути в Коноху. Вернувшись утром в гостиницу, он узнал, что Гай опять задумал какую-то нелепую тренировку. Присутствовать на ней у Неджи не было никакого желания. Сказав учителю, что у него срочные дела, обладатель бьякугана незамедлительно отправился домой. Он и так уже задержался слишком долго. Но сейчас, в одиночестве, Неджи раздирали сомнения.
Парню казалось, что его сердце раскололось надвое. Причем ни одна половина не принадлежит ему самому. Часть его всё это время рвалась домой, к Хинате, другая часть осталась на пляже, с Тен-Тен.
Тен-Тен… Он не сомневался, что девушка поймет его. А вот простит ли? Она всегда была сильной. В ней чувствуется огромный потенциал, Неджи всегда знал это. На нее можно положиться. Она – умная, веселая, красивая. Шиноби вздохнул. Раньше он не позволял себе замечать ее красоту. В другое время, в другом месте он бы наверняка стал за ней ухаживать, но… Он – Хьюга, а потому запретил себе даже думать об этом. Тен-Тен всегда была для него верным другом и напарником. Но теперь он разрушил всё своими собственными руками.
«Стоит ли мне после этого оставаться в команде?» — спрашивал он себя.
Но он сам еще не знал, что забудет Тен-Тен сразу по прибытии в Коноху.
Неджи даже не заглянул домой, чтобы оставить там свои вещи, и даже не зашел к Хокаге доложить о результатах миссии и своем возвращении. Он сразу рванул в главный дом клана Хьюга. Он не знал, что за решение принял Совет старейшин, он даже не знал, как будет относиться к этому событию. Он понимал только одно – он сделает всё, чтобы Хината не испытывала страданий. Но его сестре не было суждено их избежать.
Гений великого клана пришел в один из самых ужасных дней для семьи Хиаши. Он застал самого главу клана со своей младшей дочерью Ханаби, которые смотрели на Хинату. Девушка медленно шла по коридору, прижимаясь к стене.
«Она ранена?» — спросил себя Неджи.

Он почти не ошибся: на ее лбу он увидел печать – такую же, которая много лет украшает его лоб. Неджи в ужасе застыл у входа. Поставить печать в таком возрасте? Еще с детства племянник Хиаши знал, что чем раньше ставят эту печать, чем менее болезненно это проходит для человека. Он взглянул на ничего не выражающие лица дяди и младшей сестры. Никаких эмоций: они молча ждут, когда девушка покинет дом. Такова традиция, и Неджи это знал.
Воспоминания вернули его в прошлое. Какие-то люди забирают его у отца, мать почему-то плачет. Потом – невыносимая боль, разрывающая на части, не дающая облегчения ни на минуту.
Неджи охватила ярость. Ему захотелось ударить Хиаши, ему захотелось наорать на Ханаби. Неужели они не видят, как страдает их дочь и сестра? В этот момент он ненавидел весь мир. Своих родственников, свой клан и всю деревню, которая ничего не может сделать, чтобы защитить Хинату. Неджи, казалось, заново переживал всю боль вместе с сестрой.
Новая представительница побочной ветви пролежала в постели целую неделю после установления печати. Некоторые из медиков клана Хьюга – чужих к этому делу не привлекали – утверждали, что девушка умрет, так как она всегда была слабой. Но она жива. И сейчас, упираясь о стену, медленно движется в сторону родных. Она подняла голову и, заметив Неджи, улыбнулась, а потом, сделав еще один шаг, упала на пол.
— Хината-сама! — выкрикнул гений клана.
— Она больше для тебя не «сама», Неджи, — тихо проговорил Хиаши.
Неджи сжал кулаки, пытаясь хоть как-то укротить свою ярость. Он подбежал к сестре и поднял на ноги. Она оказалась легкой, как тростинка.
— Спасибо, Неджи-нии-сан, но я сама, — краснея, сказала Хьюга.
Неджи, подчиняясь желанию Хинаты, опустил ее на ноги, девушка положила одну руку ему на плечо, а Неджи обнял ее за талию. Когда они проходили мимо Хиаши и Ханаби, Хината попрощалась с родными. Но за это получила пренебрежительный взгляд отца и холодное прощание от сестры.
«Конечно, теперь она для них – ничтожество, не стоящее внимания», — с болью подумал Неджи.
Хината и Неджи сидели на скамейке. Оба молчали: каждый думал о своем.
— Куда ты теперь пойдешь? — спросил Неджи.
— Отец дал мне адрес одного из домов побочной ветви, я пока поживу там.
Он знал ответ еще до того, как задал свой вопрос. Представители побочной и главной ветви никогда не жили в одном доме друг с другом. Это тоже было правилом, хотя он и часто бывал в Главном доме. Хината дотронулась своими маленькими пальчиками до печати у себя на лбу – она до сих пор жгла. И Неджи, проследив ее жест, вдруг понял, что Хината теперь такая же, как он. Она больше не наследница, она теперь более свободна, чем когда принадлежала главной ветви. Теперь они наравне. Неужели судьба наконец-то подарила ему шанс стать счастливым? У него не было и толики надежды, пока Хината оставалась частью главной ветви. Теперь их не разделяют эти правила. В этот момент, несмотря на страдания и боль девушки, Неджи почувствовал себя счастливым.
— Хината, можешь пожить у меня, пока не найдешь постоянное жилье, — с надеждой предложил Хьюга.
Хината долго отказывалась, говоря, что она и так принесла ему слишком много неприятностей, но Неджи был настойчив, и скоро обладательница бьякугана сдалась.
Хината стала жить вместе с Неджи. Он никак не мог предположить, что Совет старейшин, сам того не понимая, подарит ему такое счастье. Его небольшой пустой дом наполнился светом и радостью. Она оживила его своей добротой, улыбками, тихим неуверенным голосом. Каждый вечер дома был для него наполнен теплом и любовью. Теперь он мог просто смотреть на любимую девушку, не пряча взгляд. Теперь у него был человек, с которым он мог быть самим собой, с кем можно было поделиться и печалью, и радостью. Хината всегда внимательно слушала его, всегда понимала и его тоску, и его боль. А он понимал ее. Они делили горе и печаль, радость и смех. Она принесла в его жизнь любовь, счастье и покой.
Неджи нравилось смотреть, как она аккуратно несла чай на подносе, как суетилась на кухне, как вечерами читала книгу, и по выражению ее лица и глаз, которые ничего не скрывали, он мог угадать, что происходит с героями. Как она улыбалась, когда смотрела на него. А когда он смешил ее, она закрывала рот ладошкой, краснея от своего неумения сдерживать смех. Хината пока не ходила на миссии, но боль от печати постепенно исчезала.
Теперь после миссий он сразу спешил домой, не задерживался на тренировках. А в доме его ждал теплый взгляд и нежная улыбка. Он так любил вечера, которые они проводили вместе. И ночи – ее тихое дыхание за стенкой. Иногда он даже приходил в ее комнату и смотрел, как спит его ангел, как прекрасна ее безмятежность. И на это мог смотреть только он – она была его сокровищем. Порой парень наклонялся к ней и убирал несколько непослушных прядей с прекрасного лица. Губы, ее губы были в этот момент так близко. Как же хотелось поцеловать ее, обнять. Но Хината не какая-нибудь девушка, с ней так поступать нельзя. Она – слишком нежный цветок, одно неверное движение – и прекрасные лепестки осыпятся. Он будет ждать, когда Хината будет готова ответить на его чувства, а пока он будет защищать ее от этого жестокого и несправедливого мира.
Один из обычных прекрасных дней в Конохе. Светило теплое солнце, шелестели зеленые листочки во дворе дома Хьюги. Неджи сидел у дома, просматривая подробности следующей мисси. Хината тихо подошла к нему и, встав на носочки, сладко потянулась навстречу солнцу, зажмурив свои прекрасные глаза, улыбнулась. На лице парня невольно появилась счастливая улыбка.
— Неджи-нии-сан, пожалуйста, потренируй меня. Я так много пропустила, — тихо попросила девушка.
Но в голосе уже не было прежней неуверенности и страха за то, что она причинит неудобства брату своей маленькой просьбой. За последнее время брат стал ей настоящей семьей, которая у нее была только давным-давно в детстве. Он заботился о ней, не осуждал и не кричал, когда она ошибалась. Она могла переварить рис или недожарить мясо, а в ответ не слышала никаких упреков. Теплые улыбки и поддержка брата. Хината расцветала: он дарил ей не только уверенность в себе, но и надежду, что всё будет хорошо, что жизнь только начинается. Вот и сегодня она, чувствуя его тепло и поддержку, решила, что пора заняться тренировками, ведь скоро она снова будет получать миссии.
— Ты уверена, Хината? Как твое здоровье? — заботливо спросил Неджи.
— Да, уверена. Я себя прекрасно чувствую, — мило улыбнулась девушка.
Но разве мог он ей отказать после такого?
— Ну, тогда жду тебя здесь через пять минут.
Девушка облачилась в белые свободные штаны и рубашку с длинными широкими рукавами наподобие той одежды, что носил Неджи. Как настоящая Хьюга. Теперь весь страх носить эту фамилию исчез. Она перестала бояться – рядом с Неджи перестала. Девушка встала напротив брата, держа в правой руке бандану со знаком Листа. И гордо посмотрела на Неджи.
Парень взял из ее руки протектор и, подойдя к Хинате почти вплотную, повязал ей его на лоб, закрывая ненавистную печать. Сделав шаг назад, он улыбнулся. Красивая, стройная девушка в белых одеждах с фиалковыми глазами, смотревшая на него, напоминала ангела.
— Начнем.
Боевая стойка Хьюг, у висков вздулись вены. Бой начался. Легкие удары, чтобы дать Хинате привыкнуть. Взмахи рук, блокировки. Несколько резких выпадов вперед, легкий прыжок и тихое, едва ощутимое для земли приземление. Белая ткань развивается под порывами ветра и быстрыми движениями. Издалека эту тренировку можно было принять за танец двух белых птиц – столько грации и легкости было в их отточенных движениях. Длинные рукава были подобны огромным белым крыльям: казалось, сейчас брат с сестрой взлетят, оторвавшись от земли. В этом поединке не было ни ненависти, ни жажды победы: только сила, ловкость, торжество жизни и молодости. Природная красота и грация движения.
Неджи, видя, что Хината вошла в ритм, увеличивает нагрузку. Удары становятся более частыми, движения – более резкими и быстрыми. Хината не уступает и ждет момента, чтобы нанести удар. Бой продолжается еще минут двадцать. Девушка отступается и падает, а нежные руки брата ловят ее. Одна рука поддерживаю за талию, другая ложится на плечи. Неджи тяжело дышит, склонившись над лицом сестры. Виноватый взгляд девушки, к глазам подступают слезы: опять она оказалась слишком слаба. Но в глазах брата не было ни ненависти, ни презрения.
«Хината, не надо, не плачьте больше. Я помогу Вам, сделаю сильнее. А если у нас ничего не выйдет… Я всегда буду рядом и всегда буду защищать», — думал гений, смотря в глаза расстроенной девушки.
Его взгляд переместился на ее губы. Сейчас Хината была так близко, слишком близко, а потому поцеловать ее казалось столь естественным шагом. Неджи не мог больше сопротивляться, слишком долго он боролся с самим собой, слишком долго подавлял свои чувства. И он, склонившись над сестрой, нежно коснулся ее губ, будто боясь, что она рассыплется в его руках. Теплые, мягкие губы, запах каких-то трав, в груди рождаются чувства волшебства и бесконечного счастья. Голова девушки шла кругом, она была словно во сне. Непроизвольно Хината ответила на поцелуй, обнимая своими руками его широкую спину.
Счастье. Да, сейчас он держал в руках само счастье.

 

Глава 4. Боль

Они не знали, что с самого начала боя на них смотрели большие карие глаза. Сначала просто с восхищением. Тен-Тен продолжала наблюдать за молодыми людьми великого клана: их грация и красота завораживали. Она почти не отрывала взгляда от Неджи. Прекрасное совершенное лицо, сосредоточенный взгляд. Как же она любила его именно таким. На некоторое время она даже забыла о цели своего прихода, а просто с восхищением следила за движениями любимого. Но вот с ее лица исчезает улыбка, глаза расширяются и тускнеют, в них читаются боль и непонимание. Неджи целует свою сестру. Тен-Тен не могла поверить, не могла и не хотела. Глаза обманывают ее. Нет, ей не показалась, Хината отвечает ему, ее руки скользят по спине парня. А его теплый взгляд… Даже в их единственную ночь любви она не видела в его глазах столько тепла. Тен-Тен бросилась прочь от дома Неджи. Сердце будто сжимали раскаленными тисками.
Тен-Тен убежала и не видела, как Хината отталкивает брата. Как смотрит на него непонимающим взглядом. Как убегает в слезах, а Неджи с тоской смотрит ей вслед, виня себя в том, что поспешил. Она не видела этого, а потому…
«Нет, это неправда, такого просто не может быть. Неджи и Хината? — куноичи всё дальше удалялась от поместья Хьюга. – Они… они ведь родственники. Брат и сестра. Такое просто невозможно!»
Она не верила в произошедшее, отказывалась верить. Правда была так жестока, но этот поцелуй объяснял всё. Тен-Тен не видела напарника уже больше месяца: он избегал ее, да и она специально не искала встреч. Но новость, которую ей сообщили два дня назад, всё же заставила девушку решиться на откровенный разговор. Два дня – два долгих дня раздумий и мучений, взвешивания всех «за» и «против». Она всё же решилась. Но… Перед глазами вновь возникла пара, слившаяся в поцелуе: Хината робко обнимает брата, а Неджи всё настойчивее впивается в ее губы. Тен-Тен потрясла головой в попытке прогнать это видение.
«Я сплю, мне всё это снится», — убеждала она себя.
Куноичи сама не заметила, как оказалась в лесу за пределами деревни. В горле стоял ком, колени подкашивались. Она опустилась на землю. Мысли путались, к глазам подступили слезы, а воспоминания резали подобно ножу.
«Я… Значит я – всего лишь замена? Тогда он был не со мной? Он был… Ему… ему нужна была Хината, — погруженная в свои мысли Тен-Тен не заметила, что она на поляне не одна. — Я знала, что он меня не любит, но… Почему именно Хината? Почему? Я ведь… теперь я… Что же мне теперь делать?»
Тен-Тен не осознавала, что следующие слова произнесла вслух:
— Как мне быть, Неджи? Как быть с нашим ребенком?
Ли застыл, как вкопанный, его рука повисла в воздухе, так и не достигшая своей цели. Он возвращался с очередной тренировки, как вдруг увидел Тен-Тен. Она сидела посреди поляны, руками упираясь в землю, по ее щекам текли слезы, взгляд был устремлен в пустоту. Ли несколько раз окликнул девушку, но та не отозвалась. Беспокоясь за напарницу, мастер тайдзюцу хотел потрясти ее за плечо, но произнесенные шепотом слова остановили его.
— Ребенок!!! — с изумлением воскликнул Ли.
Этот возглас вывел Тен-Тен из оцепенения, она медленно подняла голову и посмотрела на стоящего рядом шиноби.
— Ли… — только и произнесла она.
— Тен-Тен, ты беременна?! Беременна от Неджи! Когда же вы успели? И почему скрывали от меня?!! — Зеленый Монстр Конохи говорил без умолку. — Теперь вы поженитесь? Тогда я буду шафером. Мои лучшие друзья женятся! Нужно рассказать Гаю-сенсею, вот он обрадуется-то… Стоп. Тен-Тен, а почему ты плачешь? Кто тебя обидел? Кто бы это ни был, я побью его. Никто не смеет так обращаться с моей напарницей и племянником. Скажи, кто это был, и я…
Тен-Тен слушала сбивчивую речь друга, и смысл его слов, наконец, начал до нее доходить. Если его не остановить, к вечеру вся Коноха узнает о случившемся.
— Я сейчас же пойду к Неджи, и мы вместе покараем обидчика, — продолжал Ли.
Девушка видела, что он уже собрался воплотить свои слова в дело, и в последний момент успела схватить парня за руку.
— Нет, Ли, ты не должен ничего делать. Я в порядке, меня никто не обижал.
— Тогда почему ты плачешь?
— Я… я просто, — шатенка никак не могла придумать, что ему сказать, и в итоге ляпнула первое, что пришло в голову. — Ну, знаешь ли, беременные женщины иногда плачут без причины.
Ли недоверчиво смотрел на напарницу, а потом, улыбаясь от уха до уха, заговорил:
— Значит, ты и вправду ждешь ребенка от Неджи. Вот бака – и не сказал…
— Он не знает, Ли, — перебила Тен-Тен. Это было ее ошибкой.
— Тогда идем скорее и скажем ему, — Ли схватил девушку за руку и продолжил уже на ходу: — Представляю его лицо. Значит, поэтому ты ушла из команды, да? Гай-сенсей уже всю голову сломал, пытаясь найти причину. Нужно обязательно ему рассказать. И Наруто. Спорим, он мне поначалу даже не поверит…
— Нет, Ли! — девушка вырвала свою руку из цепких пальцев напарника. — Не говори никому.
Ли нахмурился, тем временем она продолжила:
— Пообещай мне, что никому не скажешь, особенно Неджи. Обещай мне!
— Но почему? Я не понимаю…
— Неджи не должен ничего узнать. Обещай, что не скажешь!
— Хорошо, — сказал Ли и, немного помолчав, добавил: — Если это твоя тайна, я сохраню ее. Но Неджи должен знать.
— Нет, не должен. Он меня не любит! — почти прокричала Тен-Тен, а затем почти шепотом: — Я ему не нужна, как и этот ребенок.
— Что ты такое говоришь? Конечно же, ты ему нужна, у вас же будет малыш. Я поговорю с ним.
Ли запрыгнул на широкую ветку и в своей излюбленной позе «крутого парня» сказал:
— Вот увидишь, у вас всё наладится! Неджи – человек чести. А если он всё же откажется, — Ли выставил большой палец и подмигнул Тен, — тогда я на тебе женюсь.
Шатенка не успела ничего предпринять, как его уже и след простыл.
— Ли, вернись! Ли… Ли!!! — кричала она вслед, но всё было тщетно.
Догнать Ли – трудная задачка, остановить его – невыполнимая. Ли всегда был оптимистом, соперничать с ним в этом мог разве что Наруто. Девушка вздохнула. Всё это бесполезно, Неджи только разозлится. Но в глубине души Тен-Тен всё же хотела верить. Надежда еще не оставила ее.
Хьюга Неджи продолжал тренировку, но уже без Хинаты. Убежав от него, сестра заперлась в своей комнате и с тех пор не выходила. В том, что произошло, парень винил только себя. Где это видано: шиноби не смог справиться с эмоциями. Он винил себя, но всё же не жалел о случившемся.
«Она ответила. Пусть всего лишь на мгновение, но Хината ответила на поцелуй, — Неджи улыбнулся. — Значит, есть надежда, что я всё еще могу завоевать ее любовь. Нужно только…»
Ход мыслей Хьюга прервался ударом, он едва успел увернуться. Ли продолжал атаковать, при этом крича во всё горло:
— Да как ты посмел бросить ее? Если тебе наплевать, это не значит, что я позволю тебе так поступать с ней! Обратный лотос!
— О чем ты? — изумлялся Неджи, продолжая уворачиваться от ударов.
Услышав звуки борьбы, прервавшие ее размышления, Хината поспешила вниз.
евушка уже готова была выйти во двор, но застыла, услышав крик Ли:
— Ты не можешь бросить вашего с Тен-Тен ребенка!
«Ребенок? Тен-Тен беременна от Неджи? Как? Когда? И зачем тогда брат поцеловал меня? Что-то произошло? Они поссорились? Но почему? Неужели из-за меня?» — мысли девушки возникали в голове, расталкивая друг друга.
Хината прислонилась к так и не распахнутой двери. Прекрасный солнечный день принес ей множество испытаний. Вначале этот поцелуй, потрясший ее до глубины души, теперь это. Оказывается, она совсем не знала брата. Что он за человек? Хьюга всегда видела в нем друга и наставника, пример для подражания, но сейчас она не знала, что и думать. Девушка прислушалась. Ли больше не нападал, но всё еще продолжал говорить, теперь уже гораздо тише. Хината никак не могла разобрать слов. Единственное, что она расслышала, – это прощальные слова Ли:
— Ты должен с ней поговорить. Не откладывай это.
Ли ушел, оставив Неджи в смятении. Он так и стоял, когда во двор вошла Хината. Ее глаза были устремлены на брата, и кроме страха и удивления, которые были после их поцелуя, в них было что-то вроде осуждения. Он слишком хорошо знал сестру, к тому же, она почти не умела скрывать свои эмоции.
«Она слышала», — пронеслось в голове.
Он смотрел ей в глаза – Неджи ждал ее реакции. Во взгляде Хинаты появилась решительность.
— Неджи-нии-сан, ты должен жениться на Тен-Тен, — четко проговорила брюнетка. — У вас же будет ребенок.
Ее голос задрожал от собственной смелости, но она не отступила. Она должна быть сильной: на кон поставлена сейчас не ее судьба.
— Я… Я сегодня же перееду и не буду вам мешать.
Неджи молча слушал сестру, другого он от нее и не ждал. Слишком идеальна, слишком чиста для этого мира. То, что она говорила, было правильно по всем законом морали, но только не по законам чувств. Неджи просто не верил. Еще сегодня утром он проснулся самым счастливым человеком, а теперь всё снова рухнуло, как карточный домик.
Он не хотел жениться на Тен-Тен, он вообще не собирался жениться. Еще и ребенок.
Хината, которая слишком много страдала и снова будет. И в этот раз он ничего не сможет сделать. В этот раз он сам виноват в ее страданиях.
Хината сложила вместе пальчики.
— То, что произошло… — ее голос обрывался, на щеках появился румянец. — Забудем об этом.
«Забудем? Как я могу? Это точно не было ошибкой. Я хотел этого каждой частицей своей души. Это была моя мечта… Забыть! Нет, никогда! Как можно забыть вкус твоих губ?» — думал Хьюга.
— Хината, я не люблю Тен-Тен… — наконец подал голос Неджи.
— Но… Но она ведь ждет ребенка от тебя?!
Хината непонимающе смотрела на брата. Что он такое говорит?
Как он может объяснить ей это? Она не поймет. Она никогда не сможет понять! Слишком чиста и невинна. Хината – неземная, подобная ангелу.
— Послушай меня, Хината. Прошу, послушай! Я не могу быть с Тен-Тен, — почти кричал Неджи. — Я люблю тебя и всегда любил, наверное, с самого детства, как увидел… Я столько лет прятал свою любовь под ненавистью…
— Неджи-нии-сан… — едва уловимо шепчут губы молодой Хьюги.
Он сделал шаг вперед и протянул руку. В ее глазах было непонимание и страх, она, не отрываясь, смотрела на него.
«Он любит меня?»
— Мне не нужна другая девушка, никто вообще не нужен, кроме Вас. Кроме тебя, Хината!
«Неджи любит меня? Нет! Этого просто быть не может! Но поцелуй…»
— Так неправильно, Неджи… Так не должно быть! — губы девушки дрожали: казалось, она сейчас упадет в обморок.
— Но это правда, я люблю тебя! — чувства постепенно овладевали сердцем и разумом молодого человека.
— Нет! Нет! — кричала Хината, зажимая уши ладошками. — Это неправда! Это просто сон!
— Хината, — голос Неджи был нежным.
Парень вспомнил их поцелуй. Он, казалось, еще чувствовал вкус ее губ. Мгновение, когда она была совсем близко, когда казалось, что счастье было рядом с ним. Голос разума становился всё тише. Он попытался прикоснуться к ее щеке.
— Нееет! — закричала девушка.
В голове всё перепуталось. Снова ее мир, который она так долго строила по одному кирпичику, рухнул. Хината выбежала на улицу.
Неджи поймал ее за руку.
— Ты должен быть с Тен-Тен! — прокричала девушка, не помня себя, и, вырвавшись, убежала.
Неджи не стал ее догонять, ему нужно было подумать о том, что делать дальше.

«Это всё неправильно, неправильно!» — Хината не разбирала дороги, предательские слезы застилали глаза.
Ноги сами понесли девушку в сторону родного особняка главы клана. Казалось, Хьюга подсознательно искала защиты в родном доме. Она вбежала в огромный двор. Там, казалось, собрался весь клан. Хината удивленно разглядывала собравшихся людей. Слуги, старейшины, ее многочисленные родственники. Отец, который выглядел мрачнее, чем обычно.
— Хината? — удивленно спросил он.
Меньше всего он хотел сейчас видеть здесь свою дочь.
Толпа расступилась, пропуская Хинату к отцу. Она шла, как на автомате, ловя на себе осуждающие взгляды.
«Они что, всё знают? Обо мне и Неджи… Что происходит?» — спрашивала себя ничего не понимающая девушка.
Всё происходило, как во сне, она перестала чувствовать свое тело: казалось, что она наблюдает за всей картиной со стороны.
Но правда оказалась намного страшнее. Расступившаяся толпа открывала ее взору сестру, которая лежала на земле. Она подбежала к Ханаби, из ее груди торчал кунай.
— Ханаби… — слезы выступили на лице девушки.
— Убийца, отойди от Ханаби-самы! — крикнул какой-то молодой человек из толпы.
Хитаро бросил на Хинату ее фиолетовую куртку, с которой девушка почти не расставалась. Она была вся в крови.
— Убийца, схватите ее, — снова закричал кто-то из толпы.
Хината подняла свои глаза, полные слез, на разгневанную толпу. Сердце бешено стучало, дыхание сбилось. Ей самой казалось, что она сейчас задохнется. Задохнется от боли, от непонимания.
— Отец… — тихо обратилась она к Хиаши, поднимаясь на дрожащих ногах с земли.
Тот опустил голову.
— Это ты виновата, Хината. Ты виновата в смерти Ханаби, — глава клана с трудом отвел взгляд от своей старшей, а теперь уже единственной дочери.
Хината начала падать, но чьи-то сильные руки схватили ее за плечи, удерживая на ногах.
— Бегите, Хината-сама, — тихо почти у самого уха прошептал Тендору.
Это прозвучало, как приказ, и что-то внутри заставило Хинату послушаться этого властного голоса. Девушка сложила печати и исчезла в облаке дыма. Она сама не знала, где оказалась: какие-то дома в центре Конохи. Хината, не разбирая дороги, побежала. Мчалась, что есть сил. Нет, она не сбегала – она пыталась исцелить себя хоть от частицы той боли, которая, казалось, заполнила всё ее существо, став с ней единым целым.
Над деревней вновь собирались тучи.